Максим Шевченко: слова Алиева «прихватят дыхание» российской дипломатии

Российский журналист Максим Шевченко заявил в своем ТГ-канале, что страны Центральной Азии впервые за три десятилетия формируют собственную стратегическую повестку без оглядки на постсоветский контекст и традиционные центры силы, прежде всего Москву. По его словам, эпоха постсоветской зависимости региона закончилась громким «хлопком новой реальности».

По мнению Шевченко, постсоветская модель региона опиралась на три ключевых элемента: формальная независимость при фактической зависимости от Москвы, многовекторную дипломатию между Россией, Китаем и США, а также прагматизм местных элит, которые выбирали партнёров по принципу «кто больше даст». Каждая страна в этих условиях действовала в одиночку, как на восточном базаре, отмечает журналист, и в этом плане особенно выделялся покойный президент Узбекистана Ислам Каримов.

После смены власти Узбекистан стал «мотором интеграции» в регионе. Президент страны Шавкат Мирзиёев 13 ноября 2025 года опубликовал программную статью «Центральная Азия на пороге новой эпохи», в которой отсутствуют упоминания СНГ, ОДКБ и ЕвразЭС. В материале подчеркивается рост внутрирегиональной торговли, увеличение взаимных инвестиций в пять с половиной раз, активизация турпотока и формирование региональной идентичности.

Особое внимание Шевченко уделяет словам президента Азербайджана Ильхама Алиева, данным в интервью Национальному информационному агентству Узбекистана (UzA) в преддверии саммита глав государств Центральной Азии в Ташкенте:

«Азербайджан и страны Центральной Азии — единое историко-культурное и геополитическое пространство… Каспий — символ единства».

По мнению журналиста, такие заявления должны «прихватить дыхание» российской дипломатии. Если Москва традиционно рассматривала Каспий как «зону контроля», то для Баку и Ташкента это становится стратегическим коридором для интеграции и развития транспортных, инвестиционных и культурных связей.

Шевченко отмечает, что Центральная Азия и Азербайджан формируют собственную проектность и реальный суверенный путь, без необходимости согласовывать действия с Москвой, что подрывает прежнюю доминирующую роль России в регионе.

«Центральная Азия больше не ждёт, что кто-то придёт и расскажет ей, куда идти», — резюмирует он.